Осенью 1977 года в Париже поступили в продажу духи, названные в честь наркотика. Стоили они процентов на тридцать дороже конкурентов, а слоган звучал почти как признание: «Для тех, кто предается Ив Сен-Лорану». Французские прилавки опустели за три недели. Потом были протесты в Америке, федеральная проверка перед выходом аромата на тамошний рынок и почти полвека в каталоге модного дома.

Форму придумали в мастерских Пьера Динана. Дизайнер предложил кутюрье инро - плоскую японскую коробочку на шнуре, которую в старину носили у пояса: внутри держали печати, лекарственные травы, а позже и шарики опиума. Сен Лоран согласился мгновенно.
Осенне-зимняя коллекция кутюрье того же года отсылала к Китаю, флакон получился японским, и этот географический разнобой тогда никого не смутил. Корпус сделали из пластика, имитирующего лак. Для люксовой парфюмерии семидесятых, где марки соревновались в толщине хрусталя, решение почти хулиганское.
Авторами композиции числятся Жан Амик и Жан-Луи Сьюзак, оба из компании Roure, чья история тянется с 1820 года. Амик к тому моменту эту компанию возглавлял и по складу был дирижером творческих команд; за его спиной стоят Poison и Obsession, а еще Loulou для Cacharel. Fahrenheit и Dune для Dior Сьюзак сделает позже. У него, кстати, учился Доминик Ропьон.
Часть парфюмерных баз добавляет к паре третье имя - Раймона Шайана. Официальные материалы марки его не называют. Так вопрос и повис.
Отдельная ирония: права на парфюмерное направление дома в те годы принадлежали фармацевтической компании Squibb, которая публично боролась с наркотиками. Представьте совещание, на котором ей объявили название будущего бестселлера.
Официальная пирамида нынешней парфюмерной воды короткая. Сверху бергамот с мандарином, подсвеченные альдегидами; в сердце роза и жасмин, а рядом пряная гвоздика - та, что цветок. База держится на ванили с орхидеей, к которой добавлены абсолю мирры и эссенция пачулей. Винтажные версии расписывали куда подробнее - там значились слива и персик, ландыш с ирисом, из пряностей кориандр, лавр и корица. База была тяжелее нынешней: ладан и опопанакс, бензой с лабданумом, толуанский бальзам, а на самом дне кастореум и неожиданный кокос.
Открытие цитрусовое и сухое, с альдегидным потрескиванием: будто мандарин чистят рядом с горящей свечой. Через полчаса вперед выходят специи, и гвоздика оказывается тем, что запоминают все. Дальше смолы. Мирра здесь не церковная, а густая, сладковатая, с медовым отливом.
В отзывах аромат чаще всего сравнивают с запахом натуральных свечей: плавящийся воск и дым, следом праздничные специи, где-то на дне мед. Кто-то улавливает сухофрукты и чернослив. Если Вы привыкли к прозрачным цветочным композициям, первые минуты покажутся вызовом. Многие честно признаются, что поначалу аромат казался им неподъемным, а потом что-то щелкнуло.
Стойкость - сильная сторона этой работы. На Parfumo у винтажных версий и стойкость, и шлейф отмечены как заметно выше средних. В отзывах на современную парфюмерную воду речь идет о пяти-шести часах отчетливого звучания на коже; на шерсти и шарфах запах живет сутками и порой переживает стирку. Двух нажатий хватает с избытком, трех уже перебор, и в закрытом помещении это чувствуется сразу.
Зима, вечер, темный бархат, длинный ужин - вот территория этого аромата. Летом смолы и специи разворачиваются тяжело, а в тесном кабинете композиция работает против владелицы. Дело тут в характере: женские духи такой плотности требуют, чтобы человек их выдержал. Этот парфюм не про фон и незаметность. «Ив Сен Лоран Опиум» подходит для женщин, которым нравится входить в комнату первыми, и плотная восточная парфюмерия такого склада сегодня встречается нечасто.
Кампании аромата тянут на отдельную статью:
История с Софи Даль вышла показательной. В журналах снимок собрал три жалобы. Стоило вынести его на билборды и остановки, как счет обращений в британский регулятор пошел на сотни, и в декабре 2000 года кампания была свернута. Она давно вошла в десятку самых оспариваемых реклам за всю историю этого ведомства.

Русскоязычные покупатели зовут аромат по-разному: «Опиум», или полностью - «Ив Сен Лоран Опиум». Марку при этом часто сокращают до аббревиатуры YSL. В латинице то и дело появляется форма Iv вместо Yves - французское имя на слух ложится плохо, отсюда и опечатка. Правильное написание одно: Yves Saint Laurent Opium.
Вторая путаница касается концентраций. Долгие годы у линии существовала и туалетная вода, и парфюмерная, и духи в концентрации parfum, поэтому в каталогах женская версия до сих пор подписана то так, то эдак. Сегодня дом предлагает парфюмерную воду в объемах 30, 50, 90 и 125 мл; часть прежних концентраций из продажи ушла и осталась в основном у коллекционеров. Прежде чем купить флакон, стоит уточнить, о какой версии речь: разница между винтажем и релизом 2009 года слышна отчетливо.

Ближайших родственников у аромата двое, и оба из Estee Lauder. Youth Dew 1953 года в парфюмерных дискуссиях называют предком всей ветви, а Cinnabar 1978-го - прямым ответом американской марки на французский успех: та же гвоздика, те же смолы, только подача светлее и веселее.
Из более поздних композиций участники форумов Fragrantica вспоминают Coco от Chanel и Obsession Calvin Klein, следом Tabu от Dana, а рядом с ними Roma Laura Biagiotti - все они держатся плотной пряно-амбровой линии.
Внутри самого дома у аромата разрослась семья: мужской Opium pour Homme 1995 года авторства Жака Кавалье, женский Belle d'Opium и кофейный Black Opium 2014-го, который сегодня знают лучше первоисточника.
О последнем у нас выходил видеоролик:
Парфюм для фанатов чёрного кофе
Обычно фланкеры живут в тени оригинала. Здесь вышло ровно наоборот, поэтому совет напрашивается сам: чтобы разобраться в черном флаконе, начните с красного.