Описание аромата Новая Заря Красная Москва - подробный обзор духов с фото

Выставка 1925 года и не совсем новая новинка

На хозяйственной выставке 1925 года фабрика «Новая Заря» показала публике духи с громким названием. Новинкой они были наполовину.

Автором композиции считается Август Мишель - француз, работавший у Брокара и не уехавший из страны после революции. Именно он двенадцатью годами ранее собрал аромат к 300-летию дома Романовых. Готовые духи преподнесли вдовствующей императрице Марии Федоровне, матери Николая II, и она разрешила назвать их «Любимый букет императрицы». От собственного портрета на этикетке императрица отказалась, посчитав такой жест нескромным, поэтому серийные флаконы украсили изображением Екатерины II. Мелочь, а сколько путаницы она внесла в коллекционерские каталоги.

После национализации предприятие сменило вывеску, а Мишель, если верить самой ходовой версии, предложил переименовать дореволюционный хит. Красный цвет, столица, новая эпоха - название легло как влитое. Правда, единой даты рождения у духов нет: в одних источниках фигурирует 1924 год, в других 1925-й, и спорить об этом можно бесконечно, потому что заводские бумаги той поры сохранились обрывками, а мемуаристы охотно противоречат друг другу. Нестыковок здесь вообще хватает. Часть публикаций уверяет, что Мишеля позвал в Москву лично Генрих Брокар, хотя основатель фирмы умер в 1900 году.

Спор, которому сто лет

Про родство советских духов и Chanel No 5 написана целая книга: немецкий историк Карл Шлёгель посвятил двум ароматам отдельное исследование. Аргумент лежит на поверхности. Мишель у Брокара и Эрнест Бо у Ралле работали в Москве, оба увлекались альдегидами, только-только поступившими в распоряжение парфюмеров. Бо после 1917 года перебрался во Францию и вскоре собрал для Коко Шанель свою знаменитую композицию. Доказательств общей формулы нет ни у кого. Но сходство интонации слышит любой, кто нюхал оба парфюма подряд.

Что происходит на коже

По данным журнала «Химия и жизнь» за 1973 год, в составе больше шестидесяти компонентов. Основной тон, если верить советским технологам, задавал альфа-изометилионон - вещество с фиалково-ирисовым запахом, доля которого доходила до трети всей композиции.

Открывается аромат горьковатым цитрусом: бергамот, грейпфрут и нероли, подперченные кориандром. Стартовая вспышка резкая, почти колючая, и первые минуты многих отпугивают. Дальше становится мягче. В сердце разворачивается плотный цветочный букет из розы, жасмина и иланг-иланга со щепоткой мускатного ореха, а под ним постепенно проступает пудровый ирис. База теплая и сладковатая: ваниль, бобы тонка, амбра. К финалу «Красная Москва» пахнет чистотой - накрахмаленным бельем, дорогим мылом, припудренной кожей.

Кому стоит попробовать

Аромат не универсальный, и это честно. Он придется по нраву:

• поклонникам альдегидной классики середины прошлого века;
• тем, кто устал от сладких гурманских новинок и ищет что-то с характером;
• любительницам плотных цветочных композиций в духе Arpege или Climat;
• коллекционерам, собирающим парфюмерию с историей;
• тем, кто подбирает подарок старшему поколению, - попадание почти гарантированное.

А вот если Вы предпочитаете прозрачные акватические и цитрусовые новинки, знакомство лучше начинать с миниатюры.

Стойкость и шлейф

Формат духов подразумевает высокую концентрацию душистых веществ, поэтому мера тут нужна аптечная. Одной капли на запястье хватает с избытком: на коже композиция живет большую часть дня, на шерсти и шарфах держится куда дольше, иногда переживая стирку. Шлейф заметный, в закрытом помещении он легко перекрывает соседние запахи, так что на работу его наносят разве что микродозой.

Любопытная деталь из советского быта: партии духов выдерживали на складе, прежде чем пустить в продажу, - считалось, что композиции нужно время дозреть. Владельцы винтажных флаконов это подтверждают. Спустя годы звучание становится глаже и мягче.

Чем можно заменить

Точного двойника не нашлось, но по настроению рядом стоят несколько работ. Elizabeth Arden Red Door в отзывах чаще всего называют почти неотличимым вариантом. Lancome Climat и Lanvin Arpege - альдегидная цветочная классика с той же пудровой базой, правда, первый давно снят с производства и живет только в винтажных флаконах. Lancome Poeme мягче и светлее. Chanel No 5 всплывает в каждом втором сравнении, хотя французская работа звучит суше и прохладнее.

Неожиданно рядом оказывается и Serge Lutens Cuir Mauresque: пряная кожа с апельсиновым цветом действительно перекликается со шлейфом советской легенды. А у самой фабрики есть облегченная версия - Красная Москва Лайт, к ней имеет смысл присмотреться тем, кому оригинал кажется слишком густым.

Также у нас есть небольшой видеообзор аромата «Красная Москва»:

Стоит ли знакомиться сегодня

Полное название, под которым духи обычно ищут, звучит как Новая Заря Красная Москва, и достать их сейчас проще, чем двадцать лет назад. Формула за век менялась не раз: сырье, нормативы и поставщики на месте не стояли, - поэтому полного совпадения с флаконом из бабушкиного серванта ждать не приходится. Но узнаваемый рисунок никуда не делся: горькая цитрусовая вспышка, цветочная плотность, пудровый финал. Для одних это музейный экспонат, для других - парфюм на каждый день. Попробовать стоит хотя бы ради того, чтобы понять, о чем спорят уже сто лет.