


Букет цветов с горьковатым запахом и надломленными зелеными стеблями, забытый в православной церкви во время богослужения.
Редкий парфюм осмеливается говорить на языке скорби и превращать её в объект созерцательной красоты. De Profundis от Serge Lutens - именно такое произведение: философская ода увяданию, облачённая в траурные цветы и сизый дым благовоний.
Название композиции восходит к латинской фразе "De profundis clamavi" - начальным строкам 130-го псалма, которые переводятся как "Из глубин взываю". Этими же словами озаглавлено пронзительное пятидесятитысячное письмо Оскара Уайльда, созданное в стенах тюрьмы Рединг. Такое переплетение религиозного и литературного контекстов задаёт парфюму необычную глубину.
«Серж Лютенс Профундес» появился в 2011-м и сразу занял особое место в портфолио марки. Над ольфакторной формулой трудился Кристофер Шелдрейк - бессменный соавтор большинства творений дома, создавший практически все ароматы обширной коллекции.
В основе композиции лежит хризантема, окружённая фиалковыми лепестками, зелёными оттенками и землистым аккордом. Этот цветок неслучаен: хризантема насчитывает около 3500 лет истории и традиционно ассоциируется с памятью об ушедших близких.
«Профонди» разворачивается прохладным букетом, словно только что принесённым из цветочного холодильника. Горьковатая зелень надломленных стеблей сплетается с пудровой мягкостью ириса (корня фиалки). Постепенно пробивается дымчатая струя ладана - тот самый церковный оттенок, что превращает звучание в настоящую обонятельную молитву.
Интересно отметить:
Кристофер Шелдрейк родился в Великобритании, изучал историю искусств, а страсть к ароматам обрёл во время путешествий по миру.
Коллекция Gratte-ciel, в которую входит этот парфюм, вдохновлена эстетикой нью-йоркских небоскрёбов 1920-30-х годов.
Творческий тандем Шелдрейка и Лютенса подарил миру признанные шедевры - загадочный Ambre Sultan от Serge Lutens и пряный Chergui от Serge Lutens.
Парфюм «Серж Лютенс Профонди» лишён типичных цитрусовых вкраплений или специй - здесь царят лишь цветы, земля и священный дым.
Несмотря на мощный шлейф, это глубоко интроспективный аромат - созданный скорее для собственного удовольствия и внутреннего диалога, нежели для привлечения внимания окружающих. Осенняя меланхолия здесь не угнетает, а обволакивает странным утешением - как тихая прогулка среди опавшей листвы.